Культурная посылка из Нью-Йорка достигла киевских любителей лирики

Культурная посылка из Нью-Йорка достигла киевских любителей лирики

Стихи без границ: крылатые переводы Назы Семониф объединяют страны и культуры

Любители изящной словесности во Франции 18 века говаривали: «читать стихи в переводе -  все равно, что нюхать розу через стекло». Они подразумевали, что журчание французского, то нежное, то грозное, не отобразит ни один другой язык, ни один, даже самый талантливый, переводчик. И намекали: учите, учите наш язык, чтобы причаститься великого…
Однако изысканный скептицизм классиков и модернистов не остановил поколения переводчиков, - и слава Богу. Они продолжили свой поиск, сближая народы и культуры. Некоторым удалось не просто перевести, передав точный смысл и зарифмовав строк, а буквально переродить лирику на ином языке – вчитайтесь, всмотритесь, вслушайтесь:


В числе самых известных представителей ХХ века - Чуковский, Пастернак, Маршак, Гелескул, Цветаева. Но век ХХІ добавил к этому практически мужскому списку – еще одно женское имя, имя Назы Семониф (Семеновой).


 


Вам не знакомо это имя? Ошибаетесь, вам знаком этот автор. Ее работами недавно наслаждались даже слушатели популярного во многих странах «Русского радио»: Борис Гребенщиков читал бессмертное «Я несу в своем сердце» Эдварда Эстлина  Каммингса  - по ссылке ниже
https://zf.fm/song/10696917


Проникновенно и образно, точно схвачены ритм, смысл, эмоция, мелодика. И благодаря сдержанному и мягкому чтению БГ – стихи становятся ближе.
Безусловно, мастерством Назы Семониф буквально стираются культурные границы между западом и востоком, исчезают языковые сложности между английским, испанским, русским. Наверное, это еще и потому, что она – не только переводчик, но и поэт? А может потому, что Наза живет и работает, пожалуй, в самом космополитичном городе мира – Нью-Йорке? А здесь, как в огромном витраже, органично сочетаются самые разные оттенки культур, эпох, языков – и вместе проходят сквозь века. Не верите – прочтите сами:
Ivan Bunin, 'The Day Will Come', 1916:
The day will come – I will depart
And nothing in this bare chamber
Will change - the bench, the stand,
And icon, old and humble.
And vibrant silky butterfly
As usual Inside will fly –
Quivering, trembling, swirling
Along the sky-like ceiling.
And bottom of the sky will still
Gaze into the open window
And even blueness of the sea
Will call its empty vastness into.
----------------------------------------
Настанет день — исчезну я,
А в этой комнате пустой
Все то же будет: стол, скамья
Да образ, древний и простой.
И так же будет залетать
Цветная бабочка в шелку —
Порхать, шуршать и трепетать
По голубому потолку.
И так же будет неба дно
Смотреть в открытое окно
И море ровной синевой
Манить в простор пустынный свой.
Вы спросите, отчего так много внимания уделили мы в наше трудное и неспокойное время цифровых и экономических инноваций  столь несовременной области прекрасного как поэзия? Наверное, потому что именно в этой несовременной современности заключена способность гармонизировать мир чем-то куда более важным чем амбиции и новации. Как знать, может преодолев трудности перевода мы научимся строить культурный диалог, минуя, чем войны и конфликты?
P.S. Редакция планирует интервью с автором и переводчиком Назой Семониф. Какой вопрос задали бы ей вы?

Добавить комментарий

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив